«Я чувствую различия в менталитете во Львове. Вот те же официантки, разговаривающие про октавы. Львовяне очень осведомлены в вопросах современной культуры и постоянно об этом говорят».

За время существования Спильнокошта на «Большой Идее» более 1000 человек профинансировали проекты на сумму свыше 230 тысяч гривен. Благотворители вкладывают в проекты от 1 грн. до 10 тыс. грн., а некоторые из них даже организовывают акции поддержки своих любимых проектов.

Однажды мы задумались: кто они, эти добродетели? Общественные активисты, культурные деятели, финансисты, маркетологи, айтишники? Каждый из этой тысячи – отдельная история. Мы решили начать серию нетривиальных разговоров с благодетелями Спильнокошта. 

На этой неделе БОЛЬШАЯ ИДЕЯ поговорила с благотворителем Марией Мишуренко, которая поддержала кинофестиваль «Ровер». Организаторы этого фестиваля хотят посадить зрителей на велосипеды и заставить их генерировать электроэнергию, крутя педали перед киноэкраном.

 

– Почему ты решила поддержать проект «Ровер» на Спильнокоште?

– Вообще, проект я решила поддержать, прежде всего, потому, что посетила фестиваль Wiz-Art, который делает Оля Райтер со своей командой. Честно говоря, я удивилась, что фестиваль прошел на таком высоком уровне, поскольку у них в команде всего шесть-десять человек, к тому же, совсем молодых.

Я считаю, что все краудфандинговые проекты осуществляются прежде всего за счет харизмы их организаторов. Уверена, это не менее важно, чем содержание самого проекта. То есть я им доверяю и знаю, что у них это получится. Плюс сама идея кинофестиваля «Ровер» для меня в диковинку, я такого никогда не видела. Думаю, и многих львовских ребят это заинтересует. У «Ровера» все-таки большое социальное значение – привлечение внимания к велосипедистам и к кино. Это две темы, которые я обожаю.

– А ты, как я понимаю, работаешь в сфере кино?

– Я фрилансер в сфере видеопроизводства и постпродакшна, но сейчас пробуем с мужем потихонечку снимать кино. 

– А как оказалась во Львове? Оля Райтер сказала мне, что ты из Казахстана.

– Так получилось: мы с мужем специально Львов не выбирали, но судьба распорядилась так, что мы попали именно сюда. Львов – чудесный город, он нам очень понравился. К тому же, этот город ближе к Европе, чем тот, где мы жили раньше, а поскольку у нас в основном европейские заказчики, то жизнь на периферии Казахстана мешала работе: ездить каждый раз в Европу – долго и дорого. 

– Почему Украина, а не Россия?

– На самом деле мы украинцы. Во время войны наши семьи эмигрировали в Казахстан, да так там и остались. Мы же решили поехать на свою этническую родину. Было интересно посмотреть – может, корни проснутся?

– И как?

– Просыпаются!

image

– В чем ты видишь особенность Львова и Украины вообще?

– Об особенностях Львова можно бесконечно говорить. Я была во многих украинских городах, но из Львова не хочу никуда уезжать, считаю, что это лучший город в стране. У него есть культурная изюминка, которую, как мне кажется, местные люди недооценивают. И здесь, кстати, можно при желании очень неплохо зарабатывать! Хотя многие местные, наверное, со мной не согласятся… Кроме того, для меня Львов – это очень хороший творческий пендель. Допустим, сидишь в кафешке, а официантки рассуждают про октавы, про ноты, классические произведения. Им по 17-18 лет, они учатся в каком-нибудь музыкальном институте и подрабатывают в кафе. Меня это вдохновляет на то, чтобы что-то интересное делать, у нас здесь с мужем огромный творческий подъем. 

– А как было в Казахстане?

– Когда я приехала во Львов, то впервые в жизни увидела деревья. Я никогда их не видела! Жила в городе, где растет только один вид деревьев, а здесь у меня случился культурный шок. Хотя, казалось бы, ну что это – просто деревья... Это как если бы кто-то никогда не видел моря.

– Культурный уровень там ниже? Просто у многих есть определенные стереотипы насчет бывших советских республик.

– Я жила в нефтедобывающем регионе Казахстана, и так получилось, что в предместьях моего города все время добывается нефть, поэтому молодежь не то чтобы некультурная – просто многие мои ровесники уже имели бизнес, связанный с нефтью, с несколькими сотнями рабочих мест, и пахали сутками. То есть молодежь там больше ориентирована на бизнес, а на развитие культурного уровня тяжело выделять время. Но это не было основной причиной моего отъезда.

– Над чем сейчас работаешь?

– Сейчас снимаем клип для львовской команды.

image

– Быстро влились в сообщество?

– На самом деле, нет. Только в последнее время стали себя вытаскивать в общество и вступать с кем-то в контакты, тяжело было вливаться. Я чувствую различия в менталитете, многие вещи мне кажутся очень странными.

– Например?

– Да вот те же официантки, разговаривающие про октавы. Иногда кажется, что с львовянами будет трудно поддержать разговор, потому что поголовно все заняты в сфере музыки, видео, искусства, все пишут, сочиняют. Львовяне очень осведомлены в вопросах современной культуры и постоянно об этом говорят.

– Еще и на украинском.

– Ну, это на самом деле не проблема. Я же в Казахстане жила, там на казахском разговаривают. Я считаю, что в какой бы стране ты ни жил, ты должен понимать и принимать язык этой страны. Это вопрос уважения. 

Хочу вот еще высказаться по поводу подачи кинопроектов на краудфандинг. По своему опыту знаю, что если ты хочешь снять свой собственный фильм, ищи деньги сам. Чем мне импонирует проект «Ровер», – там никто не стремится самовыразиться, это реально крутой социальный проект, и довольны будут абсолютно все.

image

– Считаешь, что подавать проекты съемок не стоит?

– Да, если ты, конечно, не какой-нибудь суперпопулярный человек. Вот, например, Алан Мур запустил проект на одной из краудфандинговых платформ. Мур известен тем, что он не доволен ни одной экранизацией своих комиксов, и теперь хочет сам снять по своему комиксу фильм. Естественно, его все обожают, и ему дадут денег! А вот молодым режиссерам нужно искать деньги в других местах, потому что в кино немного другие механизмы. 

– Кино – такая отрасль, которая, как и музыка, развивается с трудностями. Каким ты видишь развитие этой сферы?

– Если говорить о краудфандинге, то это очень сложно – мало кинопроектов на Kickstarter стали успешными. Конечно, перспективы есть, нужно балансировать между тем, что нравится массовому зрителю, и тем, что реально круто с точки зрения критики. В Украине снимают очень качественные вещи. Например, студия «Фильм.UA» сделала докудрамы про Циолковского и Теслу. Обратная ситуация в Казахстане: там иногда некоммерческие организации и даже государство дают гранты на такие качественные и социальные важные проекты, но в Казахстане никто такого сделать не может! Думаю, для молодых талантов в сфере кино перспектива в том, чтобы присоединяться к большим студиям и разрабатывать помимо обычной коммерческой рутины качественные, интересные и важные проекты. Когда будет баланс, тогда будет появляться что-то поистине крутое.

Поддержать проект «Кінофестиваль Ровер» можно до 7 сентября

Автор
writer journalist socialworker

Зрозумілі поради, завдяки яким бізнес зможе вийти на краудфандинг, а значить залучити ресурси, підвищити впізнаваність свого бренду та зростити спроможність команди.

Дослідник довів, що штучний розум не володіє свідомістю, властивою людині, а отже, не зможе замінити його в тих сферах, де потрібно розуміння, а не відтворення алгоритмів, і не озброїться проти своїх творців, як в голлівудських фільмах.