Ответственный зритель

Ответственный зритель

3798 10 хвилин хв. читання
5.02.2014
Украинцы не только финансируют общественное телевидение, но и пытаются влиять на его политику и контент

Проект «Громадське телебачення» начал работать в первые дни Евромайдана, а в конце 2013 года запустил процесс сбора средств на «Спильнокоште». Команда поставила высокую планку – собрать 1 миллион гривен за 100 дней, но уже очевидно, что эту планку они перепрыгнут. За первые 40 дней «инвесторами» «Громадського» стали более 3000 человек, которые перевели через «Спильнокошт» более 900 тысяч гривен.

БОЛЬШАЯ ИДЕЯ попросила нескольких благотворителей рассказать о том, почему они решили поддержать новое общественное телевидение в Украине. А основатель проекта looo.ch Анатолий Ульянов, который не желает пока становиться инвестором Громадського, высказал свою критическую позицию.

 

image

Сергей Петров, Bob Basset (Харьков)

создал «Маску Майдана» и отдал на аукцион в поддержку «Громадського»

Маска символизирует милицейскую дубинку, растекшуюся от удара по лицу, тем самым лишая возможности видеть и говорить. Эта маска была придумана и сделана через день или два после избиения мирных демонстрантов и журналистов в Киеве. Благодаря этим журналистам, их нелегкому труду и пролитой крови я смог стать свидетелем этих ужасных событий, сделать свои собственные выводы о ситуации в Украине и отличить плохое от хорошего. Именно поэтому, я считаю должным их поддержать. Кстати, один из журналистов, пострадавший на Банковой, – лично мой знакомый Мстислав Чернов. Кроме того, я в очень хороших отношениях с Зурабом Аласания и знаю: если он решился поставить свое имя под каким-то журналистским проектом, значит, журналистика там будет превыше остальных пунктов. И понимаю, откуда современные медиа берут деньги на самом деле. Так что мое доверие именно к Громадському было обусловлено этим фактором.

Я очень хочу, чтобы мои дети могли делать собственные выводы, а в том медиа-пространстве, которое у нас сложилось, это маловероятно. К сожалению, островов действительно независимой журналистки в Украине почти не осталось. «Громадське» – один из последних форпостов, поэтому все деньги от продажи своей маски я передам им. Уверен, что когда настанет мирное время, у них хватит сил, таланта и опыта для качественного контента. Желаю им силы и везения.

 

image

Ольга Закревская, Folga Studio (Киев)

фотографировала людей в своей студии, а собранные деньги передала «Громадському»

Для меня, как для зрителя, «Громадське телебачення» – это модель идеального медиа. Это телевидение для тех, кто давно выбросил свой телевизор или превратил его в подставку. Вычищенная картинка вещающих на всю страну телеканалов уже слишком давно не то чтобы не интересует, а просто отвращает. «Громадське» – это живое, искреннее телевидение. Когда проект запускался, то команда вряд ли представляла, во что ввязываются в связи с событиями последних месяцев. А кем они для нас, зрителей, стали в такие короткие сроки, до сих пор себе не отдают отчета.

Я вижу, как они работают не то чтобы на износ, а в беспрецедентно опасных условиях, поэтому я им не просто симпатизирую, а очень сильно доверяю. Опять же - благодаря их очевидной искренности. Не знаю, как будет дальше, но сейчас мы наблюдаем что-то абсолютно новое на наших широтах и, думаю, в Институте журналистики студенты в скором времени будут биться за разработку именно этой темы в своих дипломных и курсовых, если еще этого не делают.

Помню, когда Леонид Кравчук  был в эфире «Громадського» и его интервью перебили срочной трансляцией стрима, он как-то брезгливо осудил «затянутый сюжет», мол, кто так работает. Мне – и, думаю, многим – те самые стримы, да и вообще все неровности или отклонения от стандартов, дают ощущение правдивости. У меня как у зрителя есть гораздо больший шанс формировать свое мнение не благодаря монтажу сюжета, а благодаря его отсутствию. Я получаю такой себе сыроедческий материал для размышлений, и личная редакционная команда начинает работать в моей голове.

Вообще, «Громадське» делает элементарнейшую штуку – они показывают то, в чем мы действительно живем и как живем. Без грима. Сразу видно, кто врет и краснеет, в случае чего. 

Елена Демина, компания Studex (Симферополь)

профинансировала проект через Спильнокошт на Большой Идее

Я не могу стоять в стороне от происходящего, а так как географически нахожусь не в Киеве и не могу поддержать Майдан, и в то же время в Крыму сейчас выходить не готова, то поддерживаю таким способом свободу слова в Украине. Ведущие «Громадського», несмотря на все нарекания по поводу профессионализма и объективности, являются живыми людьми и работают без всяких темников сверху. В такое время и в такой ситуации, как сейчас, когда власть искажает происходящие события, игнорирует требования большой части людей, а также использует административный и репрессивный аппарат, журналисты имеют полное право высказывать свою гражданскую позицию, что «Громадське» и делает.

 

image

Надя, специалист по коммуникациям (Киев)

профинансировала проект через Спильнокошт на Большой Идее

Мы – новые люди, люди нового времени, технологий и сознания. Мы знаем, что удачная идея – первична, а деньги на нее найти не так уж и трудно. Это закостенелые старперы думают, что на все нужны бюджеты и инвестиции от конкретных источников. Но интернет изменил планету. Он повлиял на прогресс и распространение солидарности.

Он породил Википедию, Викиликс и Кикстартер. Как никогда – с миру по нитке. Технологии облегчили нам проявление солидарности, нас много, и имя нам – легион. Именно поэтому я дотировала «Громадське телебачення» не только, потому что это «мой продукт», но и чтобы показать системе, что она рано или поздно проиграет. Я – техноромантик.

 

image

Анатолий Ульянов, looo.ch (Нью-Йорк)

не профинансировал проект

Взнос на «Громадське» я не делал, поскольку не вкладываю деньги в каналы, на которых работают цензоры. Узнал о нем во время Евромайдана, когда искал лайфстримы с украинских улиц.

Мне близка партизанская журналистика, но то обстоятельство, что в программный совет «Громадського» входит цензор Комиссии по морали Данило Яневский, вызывает у меня шок и недоумение. Я не понимаю, как журналисты, рассказывающие в студии про подавление свобод в Украине, могут работать в одной команде с человеком, который выступал за «введение цензуры в стране в прямой форме», поскольку «рабам и холуям», как он называл украинских граждан, «не нужна свобода». Я убежден, что подобная кадровая антисанитария подрывает репутацию «Громадського» и указывает на серьезные проблемы с медиа-менеджментом. Любой человек, дотирующий «Громадське», автоматически создает зарплату Яневскому, причастному к институции, ответственной за цензуру украинских СМИ, запреты иностранных фильмов и книг современных украинских писателей. Имя Яневского до сих пор значится на сайте Комиссии по морали. Попытки обратить внимание на парадокс его присутствия в команде про-европейского медиа либо игнорируются журналистами и менеджерами «Громадського», либо банально сливаются отговорками в духе «Да Дэн не то имел ввиду, он хотел разрушить Комиссию изнутри» и т.д. Сам Яневский также не сделал по этому поводу никаких официальных заявлений. Таким образом, факт остается фактом: «Громадське» – это канал, где среди журналистов есть цензор. При этом они обещают в своем манифесте «объективное непредвзятое информирование без цензуры». Как по мне – либо без цензуры, либо цензор в команде. Третьего не дано.

Мне нравится работа журналистки «Громадського» Натальи Гуменюк, бывают неплохие эфиры у Татьяны Даниленко, но в целом канал, увы, весьма провинциален: ведущие задают глупые вопросы, не готовятся к интервью, перетягивают друг у друга одеяло в прямом эфире, отпускают какие-то только им понятные шуточки, проваливаются в лирические отступления. Уж как я не люблю Собчак, но на общем фоне канала во время интервью с Кличко она выглядела как гуру журналистики, и это беда. То же самое с Венедиктовым или репортажами «Дождя» с Антимайдана. Сразу другой уровень. Во всем стоит винить, опять-таки, слабый менеджмент канала, ответственный за управленческие решения и натаскивание журналистов. Лично я смотрю на «Громадськом» в основном лайф-стримы. Все, что происходит в студии, – facepalm и самодеятельность, граничащая с самолюбованием. Особенно вопиющая та рубрика, где любой имбецил может позвонить в студию и полчаса заикаться на глазах у десятков тысяч зрителей.

Идея общественного телевидения – это архаизм. Мы живем в мире YouTube, блогов и социальных сетей. Зритель сам организует из бесчисленных потоков свои собственные «общественные телевидения». Что касается медиа в целом, то помимо лайфстримов сегодня надо заниматься короткими видео от двух до пяти минут и мультимедийными историями а-ля dyatlov.looo.ch. При этом ориентироваться не на браузеры и компьютеры, а на смартфоны и планшеты. Это то, куда движутся СМИ в современном мире.

 

image

Женя Перуцкая, Правда.Б (Киев)

профинансировала проект через Спильнокошт на Большой Идее

«Громадське» для меня – несравнимое ни с чем открытие в сфере украинских медиа, плод свободной и, что самое главное, самостоятельной деятельности хороших журналистов, которые собрались по своей инициативе и забацали таки то, о чем мы все слышим только разговоры-разговорчики где-то с 2005 года. Ребята, хочется надеяться, без поддержки политических и олигархических сил, создали общественное телевидение, обходя пустопорожний поток упоминаний «сверху» о принципиальной необходимости такого ресурса. Это как гром среди ясного неба, свежий импульс в спящий мозг. С моей стороны уважения достойно само уже появление «Громадського» в том формате и качестве, которые мы наблюдаем сейчас.

Мы с друзьями поддерживаем канал и общими средствами, и в индивидуальном порядке. Есть два стимула: «они заслужили» и «нельзя, чтобы они останавливались». Как ответственный пользователь я должна не только получать, но и отдавать что-то взамен. Чувствую ответственность перед людьми, которые здесь и сейчас идут на локации, проверяют новости, в которых я сомневаюсь, снимают важные события и берут интересные интервью. При этом я, конечно, осознаю, что все еще пользуюсь нелицензионным софтом и бесплатно качаю музыку.

Качество информации на hromadske.tv я считаю лучшим в Украине. По моему мнению, «Громадське» в сложившейся обстановке – одно из двух украинских СМИ, которым можно доверять. Двух. А у нас население, поговаривают, около 45 миллионов.

Всем больно видеть в свете нынешних событий в гостях у любимых или, по крайней мере, уважаемых журналистов представителей «вражеского» лагеря. Да, мы как зрители имеем право возмутиться и выключить трансляцию. Но уж никак не кричать о том, что так делать нельзя и шантажировать журналистов тем, что они больше не получат денег. Не хочешь – не плати, но в таком случае не призывай других не платить, каждый должен принимать решение самостоятельно.

Есть конкретный человек, которого я не хочу видеть в студии, но он там работает и, взвесив все «за» и «против», я прихожу к выводу, что глупо требовать отрезать один орган, чтобы организм заработал, как мне кажется, лучше. За время всей нынешней революции меня просто ошарашило отношение многих украинцев (получается, тех, с кем я не общаюсь в повседневной жизни) к правам, к обязанностям, к работе журналистов, к журналистам вообще, к дизайнерам и их интеллектуальной собственности... Но и с появлением «Громадського» затеплилась надежда, что люди начнут внимательнее выстраивать причинно-следственные связи и мы заживем немного осознаннее.

Автор
writer journalist socialworker

Зрозумілі поради, завдяки яким бізнес зможе вийти на краудфандинг, а значить залучити ресурси, підвищити впізнаваність свого бренду та зростити спроможність команди.

Внезапная свобода может убить. Метамодернистка изучает границы ответственности за вмешательство.